text: Борьба за Царицын являлась одной из главных сюжетных линий Гражданской войны на юге России. И пусть главнокомандующий вооруженными силами белых (ВСЮР) Антон Деникин считал данное направление второстепенным, за обладание этим важнейшим стратегическим пунктом постоянно шла напряженная схватка. Красным требовалось удержать Царицын для обеспечения бесперебойной доставки бакинской нефти через городской порт. Белые стремились перерезать эту коммуникацию и создать плацдарм для продвижения вверх по Волге на соединение с единомышленниками, подчиняющимися адмиралу Александру Колчаку. Именно при обороне Царицына красными широкую известность получил Иосиф Сталин. Здесь же зажглась полководческая звезда Климента Ворошилова и Семена Буденного. Напротив, успешная операция по взятию Царицына прославила в белых войсках Петра Врангеля и Сергея Улагая. Иными словами, виднейшие военачальники Гражданской войны с обеих сторон приобрели свою популярность в царицынских пыльных степях. Для одних героем «красного Вердена» навсегда остался Ворошилов, для других — Врангель. А вот главным неудачником Царицына можно назвать атамана Петра Краснова. Ведомая им армия донских казаков трижды безуспешно штурмовала город: в июле — августе, сентябре — октябре 1918 года и в январе — феврале 1919-го. Несмотря на трудности со снабжением и жесткие внутренние конфликты (из-за разных взглядов на оборону Царицына насмерть переругались и превратились в заклятых врагов Сталин и Лев Троцкий ), красным удалось тогда отстоять свою цитадель. Неудача стоила Краснову положения в Белом движении. Под давлением Деникина он был вынужден подать в отставку и покинуть юг страны. В своих мемуарах впоследствии атаман обвинял главкома в намеренном создании помех ради «присвоения» Донской армии. Тем не менее Врангель во главе Кавказской армии в июне 1919 года взял Царицын довольно эффектно, хотя и не без проблем. Советская историография предпочитала обходить вниманием этот «неприглядный» эпизод Гражданской войны. Белые придали своему успеху сакральный смысл. В честь победного окончания операции был устроен грандиозный парад. Именно в Царицыне генерал Деникин огласил свою знаменитую «Московскую директиву». Под властью белых город оставался около полугода. Поход ВСЮР на Москву , как известно, ознаменовался оглушительным провалом. Триумфальное наступление белых сменилось паническим бегством. Им приходилось спешно эвакуировать, а зачастую оставлять без боя почти все города, занятые в период кампании. Не стал исключением и Царицын. Ни моральных сил, ни человеческих ресурсов для того, чтобы удержать форпост на Волге, у белых к концу 1919 года попросту не оставалось. Полковник Советской армии, автор ряда научно-исследовательских работ по истории Гражданской войны, а зимой 1919/20 года — комиссар конно-артиллерийского дивизиона 1-й Красной Кавказской дикой кавалерийской дивизии Александр Голубев подробно останавливался на взятии Царицына в своих воспоминаниях. «В конце декабря 1919 года 1-й Красная Кавказская дикая кавалерийская дивизия, включенная в состав 10-й армии, получила задачу маневром из района станицы Иловлинской через Карповку и Мариновку содействовать левой группировке 10-й армии в овладении Царицыном, — писал он. – Первое боевое столкновение с противником произошло в районе хутора Вертячий с той самой горской конной дивизией белых, о которой так недружелюбно отзывалось население Терновки. Противник не оказал серьезного сопротивления. Его колонны, попавшие под огонь двух наших батарей еще во время развертывания, быстро смешались и начали отходить на юг. В бою был захвачен штаб горской дивизии и значительная часть ее обозов. Показания пленных подтвердили, что район Царицына прикрывается только кубанскими частями, которые не желают воевать, и боеспособность которых невысока. Была разбита целая дивизия белых, которая летом 1919 года считалась у них одной из самых боеспособных. Боевой дух красных конников поднялся, и они уверенно двинулись в обход Царицына. 3 января 1920 года белые оставили город». Важно отметить, что Кавказской армией белых к этому моменту командовал уже не Врангель, переведенный главкомом Деникиным на аналогичный пост в Добровольческой армии, а генерал Виктор Покровский, известный своей жестокостью и окруживший себя личным конвоем из представителей кавказских народов. Важную роль во взятии Царицына сыграла входившая в 11-ю советскую армию 50-я Таманская дивизия под командованием бывшего штабс-капитана Русской императорской армии Епифана Ковтюха. По правому берегу к Царицыну продвигалась 37-я дивизия Павла Дыбенко из 10-й армии. Той зимой Волга долго не замерзала. Части РККА стояли на вынужденно оставленном белыми противоположном городу берегу реки и ждали холодов. Как только Волгу сковал лед, Ковтюх приказал начинать переправу. Для этой цели заранее были подготовлены переносные мостки через неокрепшие места и «лыжи» из бревен для артиллерии. С помощью рабочих царицынского артиллерийского завода в город проникли разведчики, которые установили расположение сил неприятеля и узнали, где белые заложили фугасы. «Наконец Волга стала. Поздно вечером 2 января 1920 года по орудийному выстрелу началась переправа. Ворвавшиеся в город пехотинцы в жестоком рукопашном бою выбили белых из Царицына, а бойцы кавбригады перерезали железную дорогу на Тихорецкую. В результате таманцы захватили 60 эшелонов с войсками и имуществом. За героическое взятие Царицына московский пролетариат прислал Таманской дивизии Красное знамя», — констатировал Михаил Палант, автор биографии Ковтюха. Генерал Деникин в своих «Очерках русской смуты» лишь фрагментарно затрагивал потерю Царицына: для высшего командования это явно была крайне неприятная тема. Так, по состоянию на середину декабря, согласно его воспоминаниям, «у Царицына установилось известное равновесие: и Кавказская, и советские армии делали попытки частных наступлений, не имевшие серьезных результатов». Однако ввиду успешного продвижения большевиков и угрозы потери связи между Донской и Кавказской армиями, в конце месяца Деникин отдал генералу Покровскому директиву «начать планомерную эвакуацию Царицына», отходить за линию реки Сала для прикрытия Ставропольского и Тихорецкого направлений». Покидая город, подразделения Кавказской армии взрывали стратегические объекты: мосты, водопровод, электростанцию. В два часа ночи 3 января 1920 года Царицын был окончательно взят красными. Кавказская армия совершила свой отход от Царицына под давлением неотступно следовавшей за ней 10-й советской армии. «28 декабря 1919 года Деникин приказал оставить Царицын и отойти западнее, заняв оборону по рубежу реки Сал, для прикрытия с этой стороны Ставрополья и Кубани. После того как войска под командованием Покровского оставили Царицын, 3 января 1920 года в него вошли 50-я дивизия из 11-й красной армии вместе с некоторыми частями 10-й армии красных. Кавказская армия ВСЮР отходила на Тихорецкую по линии железной дороги, давая бой сразу пяти красным дивизиям, преследующим ее отход. После занятия Царицына 11-я красная армия пошла по Каспийскому побережью на Чечню, Осетию и Дагестан, навстречу оборонявшим их частям генерала Николая Эрдели. 6 января 1920 года красные вышли к берегам Азовского моря, рассчитывая разбить Вооруженные силы Юга России на части и уничтожить их поодиночке», — резюмируется в книге Олега Гончаренко «Тайны Белого движения. Победы и поражения. 1918–1920 годы».
summary: 3 января 1920 года части Красной армии вошли в Царицын, из которого спешно эвакуировались белые. Возвращение города, при обороне которого полутора годами ранее прославился Иосиф Сталин, не только гарантировало большевикам бесперебойное снабжение нефтью, но и открыло путь на Северный Кавказ. Белым армиям был нанесен еще один тяжелый удар.
title: «Наконец Волга встала»: как большевики отбили Царицын 