text: В четверг Институт народохозяйственного прогнозирования Российской академии наук выпустил исследование, посвященное тарифам на прокачку нефти по трубопроводной системе России. В исследовании отмечается, что в отличие от других участников рынка «Транснефть», оператор этой системы, по сути не несет риски от падения цен на нефть. В каждый период снижения цен на нефть ПАО «Транснефть» получала все более высокую долю ренты на скважине (цена минус себестоимость добычи). Всего же за 2006-19 годы доля монополии выросла с 5% до 10%, а в 2020 году скорее всего составит 15%. «Сейчас же ситуация такова, что при снижении цен на нефть, тарифы остаются более менее неизменными, что в свою очередь оказывает давление на экономику нефтяных компаний и на весь нефтяной сектор. В этом главная история», — отмечает Широв. В контексте того, что даже нефтесервисные компании сокращают свои затраты и снижают цены для нефтяных компаний в случае существенного падения цен на нефть, предлагается ввести ограничение, при котором тарифы на транспортировку будут автоматически снижаться до уровня не выше 10% от цены на нефть. «Справедливости ради приведем доводы «Транснефти», — говорит Широв. — Во-первых, прибыль от транспортировки нефти идет на инвестпрограмму, то есть на строительство инфраструктуры. А, во-вторых – на дивиденды. Плюс, не будем забывать, что «Транснефть» на 100% принадлежит государству, то есть деньги идут в бюджет». При этом, судя по всему, расходы на инвестиционные проекты как раз и упали практически до нуля. Во всяком случае, как следует из второго слайда презентации исследования , в 2020 году «Транснефть» не реализует ни одного крупного инвестиционного проекта. Вследствие уменьшения уровня инвестиций в новые проекты в 2018-19 годах уже произошёл резкий рост свободного денежного потока монополии, а учитывая планируемое уменьшение доли инвестиций в новые проекты с 13,5% в 2019 году до 1,5% в 2020 году, даже несмотря на сложную ситуацию на нефтяном рынке ожидается значительное увеличение свободного денежного потока монополии. Но в исследовании имеется и еще ряд любопытных моментов. Вследствие резкого снижения цен на нефть отношение затрат на транспортировку нефти трубопроводным транспортом к цене нефти в апреле 2020 года достигло 30%. И в целом за последние несколько лет падение цен на нефть несколько раз приводило к неоправданно высокой доле затрат на транспортировку в общих затратах нефтяных компаний, а отношение затрат на транспортировку к цене нефти превышало 10%. Финансовое положение «Транснефти» по результатам отчетности за 1-й квартал 2020 года можно охарактеризовать как достаточно прочное. И здесь прослеживается тот же мотив. Падение цен на нефть не отражается на финансовом положении монополии. Так EBITDA (прибыль до налогов и амортизации) транспортной монополии за отчетный период увеличилась на 22% по сравнению с 4 кв. 2019 г., в то время как EBITDA нефтяного сектора значительно сократилась на фоне резкого падения цен на нефть: ПАО «НК «Роснефть» -37%, ПАО «ЛУКойл» -49%, ПАО «Газпром нефть» -45%, ПАО «Татнефть» -44%. Наблюдается и опережающий рост котировок акций «Транснефти» на фоне взрывного роста дивидендных выплат, которые финансируются за счёт высокого тарифа на транспортировку нефти в ситуации резкого падения инвестиций монополии в новые проекты. Фактически, отмечают аналитики, тариф на транспортировку нефти трубопроводным транспортом превратился в механизм перераспределения денежных потоков, а также формирования источника выплаты дивидендов в пользу контролирующего акционера-государства, от нефтяного сектора к трубопроводной монополии. Анализ ROIC (коэффициент возврата на инвестированный капитал) ПАО «Транснефть» за период 2005 - 2019 годы демонстрирует, что он традиционно значительно опережает доходность по государственным облигациям РФ. При этом, критики монополии указывают, что тарифы «Транснефти» почти не зависят от достижения каких-либо показателей эффективности, включая надежность и безаварийность, зато предусматривают выплату дивидендов и регулярно индексируются. «Тариф «Транснефти» значительно вырос в процентном соотношении к цене на нефть, - отмечали эксперты банка «Ренессанс Капитал» еще в 2010 году. — И составляет 12,6% – это значительно выше аналогичной доли в США, которая составляет менее 1%». На этом фоне в мировой нефтегазовой отрасли начинается дискуссия о необходимости снижения транспортных тарифов на фоне резкого падения нефтяных цен. Так, например, правительство Колумбии планирует внести изменения в тарифную систему, регулирующую транспортировку нефти по трубопроводам. И все из-за того, что после резкого падения цен на нефть производители нефти в лице Колумбийской нефтяной ассоциации (ACP) призвали правительство снизить тарифы на транспортировку нефти трубопроводным транспортом в пределах Колумбии. «Мы видим, что и в мире, и в российской экономике нефтянка — это сектор, который подвержен различного рода шокам. И было бы целесообразно, чтобы все игроки рынка в той или иной степени брали себя риски в условиях этих шоков», — отмечает Александр Широв. «Не будем вмешиваться в давний спор между производителями нефти и теми, кто занимается транспортировкой. Но в условиях низких цен, наверное, целесообразно было бы найти компромисс. Например, увязать тарифы с мировыми ценами на сырье», — резюмировал он.
summary: В условиях низких цен на нефть «Транснефти» целесообразно было бы найти компромисс с ведущими нефтяными компаниями, увязав тарифы на транспортировку с мировыми ценами на сырье. Таково мнение заместителя директора Института народохозяйственного прогнозирования Российской академии наук Александра Широва. При этом тарифы еще и индексируются, что объясняется расходами на инвестиционные проекты, но именно они, согласно докладу, упали в 2020 году почти до нуля нуля.
title: Почему падение цен на нефть не снижает стоимость ее транспортировки 