text: Бельгия установила мировой рекорд по самому долгому формированию правительства. Спустя 21 месяц политическим силам, наконец, удалось прийти к договоренностям и сформировать новый кабинет министров. Однако этот шаг, хоть и позитивный на первый взгляд, может открыть новую главу в затянувшемся политическом кризисе страны. Проблема в том, что две фламандские радикальные партии , которые выиграли парламентские выборы в мае 2019 года, — «Новый фламандский альянс» (НФА) и Vlaams belang («Фламандский интерес») — не были допущены в коалицию. «Они так долго ждали формирования правительства, полагая, что избиратели забудут исход выборов, — цитирует Politico лидера «Фламандского интереса» Тома Ван Грикена. — Люди думают, что сигнал избирателей просто отброшен. Это скандал». На выборах 2019 года победу одержал «Новый фламандский альянс». Второе место получила еще более радикальная партия «Фламандский интерес». Однако, согласно законам Бельгии, в правительство может быть создано только правящей коалицией, в которой должны быть представлены партии южного франкоязычного региона Валлонии и северной нидерландоязычной Фландрии. Все представители Валлонии отказывались создавать коалицию с фламандскими радикалами. В результате к договоренностям пришли Социалистическая партия (PS) из Валлонии и «Социалистическая партия — Альтернатива» (SP.A) из Фландрии, валлонские и фламандские «зеленые», либералы из «Реформаторского движения» (MR) с франкоязычного юга и «Открытые фламандские либеральные демократы» (Open VLD) с нидерландоязычного севера, а также «Христианские демократы и фламандцы» (CD&V). Новая коалиция уже получил прозвище «Вивальди» — отсылка к струнному концерту композитора «Времена года». Такое название она получила в связи с тем, что в коалицию вошли партии из всех четырех сегментов политического спектра. На политические торги ушло почти 500 дней, и результат действительно можно назвать впечатляющим. Вместе с тем, учитывая результаты парламентских выборов, такой состав правительства показал демонстративное пренебрежение истеблишмента к требованиям сепаратистов и правых сил. Заключив сделку, коалиция нового премьер-министра Бельгии Александра Де Кроо заблокировала власть двум крупнейшим партиям северной половины страны. «Фламандский интерес», который тесно связан с другими ультраправыми силами в Европе, включая «Национальное объединение» Франции и итальянскую «Лигу» Италии, выиграл на федеральных, региональных и европейских выборах 2019 года. «Новый фламандский альянс» — более широкая консервативная партия, которая на уровне ЕС сотрудничает с такими силами, как «Закон и справедливость Польши», сумела сохранить свое место в качестве крупнейшей партии страны. Вместе эти две партии, выступающие за независимое фламандское государство, взяли 48% голосов фламандцев и 43 из 150 мест в федеральном парламенте. Всего за несколько дней до заключения соглашения о создании коалиции они устроили широкомасштабную акцию протеста, собрав около 10 тыс. сторонников, размахивающих фламандским флагом в Брюсселе, чтобы выступить против договоренностей левоцентристов. «То, как нас принудили к статусу оппозиции, было неправильным. Наличие двух крупнейших партий [с точки зрения количества голосов] в оппозиции и премьер-министра, принадлежащего к седьмой по величине партии, может и соответствует конституции , но это так не логично. Это нас не устраивает», — сказал Politico член «Нового фламандского альянса» и бывший министр по вопросам миграции Тео Франкен. Теперь фламандские националисты рассчитывают взять свое на следующих выборах. «У меня есть четкие амбиции стать крупнейшей политической партией в 2024 году», — сказал Том Ван Грикен. К тому же, по мнению политиков, основания для увеличения их популярности есть. И появились они именно благодаря формированию левоцентристского правительства без участия победителей на выборах. «Я думаю, что будет очень сложно продать левый, прогрессивный проект [Де Кроо] во Фландрии, — сказал Франкен. — Прямо сейчас многие люди могут почувствовать облегчение от того, что появилось правительство, но политические настроения во Фландрии склоняются в правую сторону». Создание левоцентристской коалиции однозначно может способствовать росту популярности обеих фламандских партий, считает старший научный сотрудник Отдела исследований европейской интеграции Института Европы РАН Петр Осколков. Эксперт обращает внимание на тот факт, что «Новый фламандский альянс» и «Фламандский интерес» находились изначально на разных стартовых позициях. Вокруг последних, более радикальных, на протяжении последних 30 лет действует так называемый «санитарный кордон» — ни одна из партий истеблишмента не готова вступать с ними в коалицию. Соответственно, тот факт, что «Фламандский интерес» оказался за бортом переговоров не стал ни для кого сюрпризом. «Новый фламандский альянс» — совсем другое дело. Действительно, это крупнейшая партия страны, вокруг которой «санитарного кордона» не существует, она до этого входила в правительство и планировала войти в него и в этот раз. Поэтому, безусловно, популярности нахождение в оппозиции ей только прибавит. Здесь еще стоит брать в расчет, что на последних парламентских выборах «Фламандский интерес» сильно увечил свои позиции во многом как раз за счет того, что избиратели «Нового фламандского альянса», посмотрев на его деятельность в правительстве, решили голосовать за партию более соответствующую имиджу оппозиционной силы. А теперь и «Новый фламандский альянс оказывается в оппозиции, так что, скорее всего, и его позиции вырастут», — отмечает эксперт. Новая коалиция уже определила два способа противостоять волне потенциальной критики об игнорировании интересов фламандских избирателей. Во-первых, определенным реверансом в их сторону стал выбор фламандского политика на пост премьер-министра. Александр Де Кроо намерен заложить основу для реформирования институциональной структуры государства — одной из самым сложных в мире. Кроме того, он назначил на пост статс-секретаря — младшего министра — фигуру, которая более жестко относится к миграционной политике, что также должно успокоить основную критику радикальных сил. Ключевые министерские посты — главы МВД и министра здравоохранения — также получили фламандские политики, несмотря на численный перевес представителей Фландрии. Однако, как отмечает Петр Осколков, подобные шаги не будут рассматриваться в качестве уступок. «Интересы избирателей «Нового фламандского альянса» заключались в том, чтобы в правящую коалицию вошел «Новый фламандский альянс». Какие-либо уступки, компромиссы делаются уже достаточно давно и в определенной степени они могут действительно сглаживать ситуацию, но до известного предела», — резюмирует эксперт.
summary: Бельгия, выйдя из почти двухлетнего политического кризиса, стоит перед порогом нового. Тот факт, что победители парламентских выборов — партии «Новый фламандский альянс» и «Фламандский интерес» — остались в оппозиции, подогревает рост националистических и сепаратистских настроений во Фландрии. Леволиберальное правительство уже предприняло попытку пойти на компромисс с фламандскими избирателями, однако эксперт считает, что националистически настроенная общественность его не примет.
title: Как фламандские партии выиграли выборы в Бельгии, но не попали в правительство 